Чужой среди своих?

0
13 августа 2014

Фото: Юрий Белинский/ ИТАР-ТАСС


На фестивале российского кино "Окно в Европу" прошел специальный показ нового фильма Кшиштофа Занусси "Инородное тело". В центральной городской библиотеке Выборга, архитектурном шедевре легендарного основателя "функционализма" Алвара Аалто, реставрация которого закончена меньше года назад, во время фестиваля проходят мастер-классы известных режиссеров и сценаристов. На мастер-классе Кшиштофа Занусси в зале яблоку негде было упасть.

Вы сказали, что для вас очень важно, чтобы герой был иностранцем в Польше. Почему?

Кшиштоф Занусси: Я предпочел сделать героем фильма молодого итальянца, который приезжает работать в Польшу, потому что мне нужен был человек верующий и в то же время не включенный во внутренние польские конфликты, связанные с дебатами вокруг религии. Мне кажется, что если бы я сделал его поляком, то я не мог обойти напряженный конфликт между верующей и неверующей частью в нашем обществе.

У вас тоже этот конфликт? В Польше традиционно церковь обладала огромным влиянием.

Кшиштоф Занусси: Этот конфликт обострился в последние два года. Мы прожили хорошие времена, когда во главе католической церкви стоял поляк и среди епископов было много ярких, сильных личностей. Эти люди довольно отважно вели борьбу против тоталитаризма. А сейчас другой период. Пришли новые люди. И сейчас ведутся споры, какова должна быть степень влияния церкви на общественную жизнь, даже если по статистике более 80 процентов людей считают себя верующими.

Ваш герой участвует в собраниях общины, которая собирается не в костеле...

Кшиштоф Занусси: В Европе сразу после Второй мировой войны появились христианские движения, которые не очень многочисленны, но достаточно влиятельны. Одни из них больше заняты общественной жизнью. Другие более камерные. Движение, к которому принадлежит Анджело, называется "фокуляры", то есть огоньки или светлячки. Одно из правил общины: они не должны говорить, что являются членами этого общества, пока их об этом не спросят. Мне нравится, что они не афишируют свою деятельность, не пиарят себя. Просто стараются жить по Евангелию.

Это род монастырской жизни?
Кшиштоф Занусси: Нет. Они и женятся, детей растят. Просто более серьезное отношение к вере. Эти движения есть в Италии, Испании, Франции, Австралии... Для меня это молодежь, которая не является "сказочным" видом.

Поведение вашей героини, топ-менеджера некой международной корпорации, жесткой дамы, которую блистательно сыграла Агнешка Гроховска, сформировано не столько ее мамой-сталинисткой, сколько корпоративной этикой. Называя вещи своими именами, идет "искусственный отбор" людей, которые готовы на все, чтобы обеспечить себя "золотым парашютом" и гори все синим пламенем. Разве корпоративная этика имеет национальные особенности?

Кшиштоф Занусси: В нашей части Европы появление международных корпораций 20 лет назад было абсолютно новым явлением. Люди, которые приходили туда работать, получали огромный социальный аванс. Они готовы были на все, чтобы попасть в мир мечты. Дети рабочих, колхозников. Для кого-то новостью было и то, что красное вино подают к мясным блюдам, а белое вино - к рыбным. Они очарованы этим новыми перспективами, не замечая, что кроме власти денег, там никаких ценностей нет.

Конечно, у разных корпораций разные репутации. Есть такие, о которых мы прекрасно знаем, что они беспринципны. И люди из исчезнувшего мира, люди без корней, которые приходят к ним, верят, что это единственно возможные правила игры. Что деньги - это и есть пропуск в мир успеха, а успех - это единственная цель.

Вы считаете, что у них и у нас есть выбор?

Кшиштоф Занусси: Я бы хотел, чтобы люди задумались, куда они попали и насколько они готовы на то мышление, которое корпорация им предлагает.

У вас получается, что общество потребления не менее опасно, чем тоталитарный режим?

Кшиштоф Занусси: В Средние века задавали вопрос: что хуже - чума или холера?

Вы пессимист...

Кшиштоф Занусси: Ну почему? Из тоталитаризма нам удалось вырваться. И процесс освобождения был самым красивым процессом. Из этого потребления тоже надо найти способ вырваться, чтобы не быть заложником своих собственных желаний. Можно мечтать, чтобы я отсюда улетел домой на своем самолете. Но ради такой мечты не стоит и полчаса работать. Человек, что, живет для самолета или для того, чтобы съесть как можно больше?

Иногда полезно умерять аппетит. А он, как известно, приходит во время еды. Люди в обществе потребления толстеют. В Америке, кажется, 60 процентов людей с повышенным весом. Это катастрофа, с точки зрения здоровья. В бедном обществе, где пищи не хватает, нет свободы выбора. А если на улице десять "Макдоналдсов" вас приглашают съесть эту страшную еду, то трудно удержаться. У нас дома детям говорили: "Если будете вести себя плохо, в воскресенье поведем вас в "Макдоналдс". Потому что дома кухня лучше.

Что касается потребления... Нас никто не заставляет потреблять силой. Это наша слабость, что мы так хотим иметь, а не быть. Впрочем, мне самому удается об этом лучше говорить, чем следовать собственным наставлениям.

Эта тема для вас кажется самой актуальной?

Кшиштоф Занусси: Самый актуальный вопрос, который меня всю интересует, это вопрос о природе зла. Вначале была Вторая мировая война, потом времена тоталитаризма, сейчас - глобальные корпорации... Я не считаю, что зло приходит само откуда-то. Я считаю, что это наш выбор. И откуда желание выбрать зло? У святого Августина, моего самого любимого философа, у Августина есть такая фраза: "Мы прекрасно знаем, что есть добро, но выбираем зло". Правда, он же высказал самую оптимистическую мысль, которую я читал у отцов церкви. Он как будто от имени Бога обращается к человеку: "Ты бы меня не искал, если бы уже не нашел". Кто ищет, тот уже нашел.

Несмотря на санкции по отношению к России, вы приехали в Выборг... Вы можете объяснить свою позицию?

Кшиштоф Занусси: Я ее объяснял и в польских СМИ. Есть уровень дипломатических, государственных отношений, а есть уровень человеческий, на котором диалог художников должен продолжаться до последнего момента, пока он возможен. Надо вести разговор, даже если собеседники не согласны друг с другом. Речь даже не о политике, об этике. Если какие-то поступки правительств мы считаем неэтичными, об этом надо сказать. Но не значит, что надо отказаться от диалога.

Как вы оцениваете перспективы ситуации на Украине?

Кшиштоф Занусси: Трудно сказать, как долго и как дорого будет идти поиск Украиной своей идентичности. Это их вопрос. В давней истории мы, поляки, очень им повредили. Рождение нации и национального государства - очень драматический процесс. Но если есть желание, тогда нация возрождается.

Еще лет 30 назад считалось, что процесс рождения национальных государств - это история, в основном, XIX века, когда на карте появились Германия, Италия... Сейчас мир уже несколько другой. Но вновь, получается, ставка на национализм. Эти процессы ведь не только на Украине идут...

Кшиштоф Занусси: Конечно. Шотландия приближается к референдуму о независимости. Каталония хочет отделиться от Испании.

Сейчас огромный спрос на новый взгляд и новую идеологию. Может быть, национализм как таковой устарел. Но это этап, который нужно пройти. Те, кто не прошли этот этап, должны его пройти. А потом можно соединяться.

Фестиваль в Выборге интересует прогноз на завтра для кинематографа. Какой ваш прогноз?

Кшиштоф Занусси: На этот вопрос нет ответа, пока мы не ответим на вопрос, как будет развиваться общество. Элиты за последние 20-30 лет потеряли значение. Сейчас режиссеры гордятся тем, что какую-то картину для пацанов продали хорошо и ее посмотрело столько-то миллионов людей. Раньше в Европе если плохая картина имела коммерческий успех, престижа это не приносило. В Америке - да, деньги приносили успех. Но в Европе я знал режиссеров, которые страдали, переживая, что их не ценят, как говорили во Франции, на великих бульварах. Самый главный вопрос - кому понравиться? Будущее кино зависит от того, кому оно должно понравиться. Следовательно, какие требования будут у этой публики...

Иначе говоря, речь о соотношении элит и масс?

Кшиштоф Занусси: Старые элиты как будто отходят. Новые элиты должны возникнуть. Я надеюсь, мы их увидим.

Российская газета
Оставить комментарий