Телевидение Италии снимает фильм с Гуськовым в главной роли

0
17 августа 2013

Juri Spaletta

Интервью с Алексеем Гуськовым с обозревателем Российской газеты Валерием Кичиным

Мои поздравления: по-моему, вы первый российский актер, которому в западном кино доверена главная роль. При этом, как говорит продюсер фильма, на нее пробовались такие голливудские звезды, как Ричард Дрейфус и Мартин Шин...
Алексей Гуськов: И я благодарен, что роль доверили мне. Возможно, все решили мои славянские корни: Папа Иоанн Павел Второй был поляком. Все произошло довольно быстро: в мае мне пришел e-mail с описанием проекта, и наш первый разговор с режиссером Порпорати состоялся по скайпу. А когда в июне я прилетел в Рим, мне тут же перекрасили волосы, облачили в папские одежды, фото послали телекомпании RAI, и утверждение на роль прошло без обычных проб.
Роль, мягко говоря, необычная: человек-символ, представавший миру в ореоле ритуалов и легенд. Как вы готовились к ней?
Гуськов: Времени на подготовку было мало. Тем более что много дней ушло на пробы грима, читку сценария: язык фильма английский, что непросто и для моих итальянских коллег. История развивается на протяжении почти четверти века, от покушения на Папу в 1981 году до его смерти в 2005-м. И важно было понять, как герой менялся, как откладывали свои отпечатки возраст и болезни. Ватикан, конечно, следит за производством фильма, и я встречался с куратором. Но он только наблюдал.
Не советовал, не консультировал, не контролировал?!
Гуськов: Нет, только смотрел.
Как ясно из синопсиса, фильм касается не только религиозного аспекта жизни Понтифика. Какова его тема, связана ли она с раскрытием каких-то особенных качеств вашего героя, которые и привели его на папский престол?
Гуськов: Фильм в первую очередь светский - он о частной жизни Понтифика и, основываясь на реальных событиях, рассказывает историю его дружбы с молодым альпинистом и тренером Лино Дзани, чья книга и стала основой сценария. Погружаясь в этот материл, я понял, какой груз лежал на плечах Кароля Войтылы. Когда появлялась возможность вырваться в горы, чтобы покататься на лыжах или просто уединиться, молиться, думаю, эти моменты были для него истинным счастьем. Преодоление себя, своей слабости, усталости, возраста, болезни Паркинсона - да, наверное, эта сила духа и привела его на папский престол. Очень многое объясняют в фильме его диалоги с Лино: позволяют понять его как человека. Частная жизнь и публичная - разные категории. Как ты ведешь себя наедине с собою и как поступаешь на людях? В чем ты меняешься, встав с постели и почистив зубы, а потом выйдя на публику? И в этом смысле ответственность, которая возложена на Папу, невероятна.
Знакомы ли вы с практикой католицизма?
Гуськов: Я много езжу по миру и, конечно, знаком с католическим культом, без него нельзя представить себе западноевропейскую цивилизацию. Воспитан я в православной традиции, но с искренним уважением отношусь к миллионам католиков, и сыграть главу Католической церкви было для меня огромной честью и ответственностью. Возможно, многие задаются вопросом: как же так, Папу играет не католик и не поляк?! Но когда Энтони Хопкинс сыграл Ганнибала Лектора, его же не спрашивали, почему он не маньяк! Я актер, и это моя работа.
Какие эпизоды съемок вам особенно запомнились?
Гуськов: Запомнилось все - просто потому, что картина снята там, куда приезжал Войтыла. Один из эпизодов снимали на высоте 3500 метров, куда можно добраться только пешком через горы. Но у нас аппаратура, летели вертолетом. Мы туда забрались потому, что в свое первое посещение гор Адамелло Войтыла увидел на самой высокой точке ледника крест. Лино Дзани сказал, что его поставили в годы Первой мировой, когда шли сражения между Италией и Австрией, и на стороне австрийцев воевало много поляков. И Войтыла заявил, что непременно хочет туда добраться. А это мистическое место: ледник постоянно в движении, а крест остается на той же точке. И это восхождение 63-летний Войтыла осуществил самостоятельно! И потом много раз возвращался на Адамелло - там до сих пор можно найти следы той войны, когда его соотечественники погибали на чужбине.
Экстремальные у вас были съемки!
Гуськов: Не то слово... Я снимался 27 дней, а когда все закончилось, было ощущение, что прошло как минимум два года.
В Ватикане снимали?
Гуськов: Да, там сняли сцену, которую я называю "Побег Папы из Ватикана" - когда он сбегал через боковой выход, самый тихий и тайный из трех. В самом соборе Святого Петра не были, там съемки запрещены - даже американцы "Код да Винчи" снимали не там, а под Римом. Папскую приемную, где он встречал посетителей и друзей, мы сняли в примыкающих помещениях Ватикана - там пахнет свечами и действительно принимал светских гостей Папа. Прямо за моей спиной в двух шагах висел подлинный Караваджо! Все по-настоящему, все места съемок - те самые, где бывал Войтыла.
Есть ли сцены, связанные с папской практикой вашего героя, и что вы чувствовали, облачаясь в мантию человека, влияющего на сознание всего мира?
Гуськов: Может, я ошибаюсь, но когда я узнал жизнь Папы ближе, у меня не было ощущения, что вопрос власти над массовым сознанием был для него первостепенным. Скорее, это чувство огромной ответственности. Католическая церковь издавна боролась за признание безошибочного учительства Римских Пап - как наместников Христа на земле. Я думаю, даже облачившись в папскую мантию, простому человеку очень сложно осознать всю тяжесть этой ответственности.
Можете привести пример ваших открытий в процессе вхождения в такой необычный материал?
Гуськов: Понятно, что нырнув в работу, я искал в интернете все материалы о Войтыле. Например, по поводу его знаменитого Non abbiate paura! - "Не бойтесь!" Эта фраза стала ключевой для многих людей в мире, и не только католиков. Так я набрел на его последнюю книгу. И вот его пояснения: не бойтесь принимать мир таким, каков он есть, сохраняйте себя в мире, и ничто внешнее не может разрушить тебя. То есть все, что приходит к нам, приходит от Бога, но если говорить светским языком, то это все - нормальное течение жизни. Не надо ждать конца света, просто жизнь - меняется. Будьте ей открыты и не бойтесь. Вот главная мысль. Он говорил о том, что человечество должно жить в уважении друг к другу, отсюда его целование Корана, совместные молитвы с представителями других конфессий, начиная с нашей ортодоксальной. Он говорил в интервью и о том, что Россия сохранила более театрализованный, мистический культ Христа, что русская культура удивительна и глубока, говорил о Достоевском... Все эти мысли мне очень близки. Как и его мысли о покаянии. В покаянии гораздо больше веры - в способности признать ошибки. Став главой Католической церкви, Иоанн Павел II извинился перед всем миром и за крестовые походы, и за инквизицию, и за многое другое... Открыто и просто. В этом его величие.
Как работалось с режиссером Андреа Порпорати?
Гуськов: Я ему очень благодарен: в своем перфекционизме он похож на Раду Михайлеану (режиссер фильма "Концерт" - ред). Он много раз объехал все объекты будущих съемок - все искал "магическую химию кино".
Пара слов о ваших партнерах по фильму.
Гуськов: Это известные итальянские актеры Клаудиа Пандольфи, Джузеппе Чедерна, играющий президента Сандро Пертини. Очень хорошие отношения у нас сложились с моим главным партнером Джорджио Пазотти, который играет Лино Дзани. Он родом из Бергамо и пригласил меня в гости. Будет возможность - поеду обязательно. Итальянцы очень доброжелательные и общительные, в этом отношении их репутация абсолютно соответствует действительности.
А как насчет языкового барьера?
Гуськов: После "Итальянских сюжетов" это мой второй фильм в Италии. Не могу сказать, что говорю по-итальянски, но что-то уже понимаю и способен объясниться в отеле, на улице, на съемочной площадке. А дальше на помощь приходят английский и обрывки французского, которые остались после съемок в "Концерте". А также богатые возможности жестикуляции. Это в быту. А на экране я говорю по-английски, и мне помогало то, что Иоанн Павел II имел обыкновение говорить раздельно и очень четко, и его английский тоже не был перфектным... Я покурю, можно? Я глубоко курящий человек.
Конечно. А как в Италии обходились? Курящий Папа?!
Гуськов: Прятался! Валера, я прятался, это ужас! На съемочной площадке. Уходил, чтобы не видела съемочная группа. Мучился ужасно, когда спрятаться было невозможно. Все-таки Италия страна католическая. Кто-то в фейсбуке написал: сыграть Папу - это круто! Круче, чем Ленина сыграть!.. Ко мне подошла женщина из Бразилии, сказала, что когда Папа туда приезжал, она видела его очень близко. И попросила разрешения меня коснуться. Так что чувство огромной ответственности, о котором я говорил, возникло не сразу и нарастало постепенно. Наверное, только день на пятый я стал понимать, во что ввязался.
Что было самым трудным?
Гуськов: Трудности в основном были связаны со сложными условиями съемок в горах, непредсказуемостью погоды и постоянными изменениями в съемочных планах. Мне надо было готовиться к сложным сценам, и я просил по возможности сохранять их порядок. Но это не удавалось.
До съемок вам приходилось заниматься лыжным спортом?
Гуськов: Заядлым лыжником я не был никогда, и тренироваться для съемок не пришлось, потому что в этих местах кататься могут только опытные спортсмены. В сложных сценах на лыжи за меня вставал дублер - сам Лино Дзани, который лучше всех знал, как стоял на лыжах Кароль Войтыла. Он очень помогал мне, объяснял, как маневрировать, на что опираться...
Вы наблюдали съемки у нас и "у них". Какие недостатки и преимущества вы видите в каждой из производственных систем?
Гуськов: Как продюсер отвечу: разница в организации кинопроизводства, конечно, есть. Но вы не поверите, сколько раз я удивлялся, до какой степени мы с партнерами, говорим на одном языке. Участнику международного проекта стоит помнить: "у них" тоже умеют снимать кино. Возможно, они делают это по-другому, но они умеют. Взаимное уважение - основа сотрудничества. И я с любопытством наблюдаю за тем, как делают кино немцы, французы, итальянцы. Могу вас заверить, что продюсер RAI похож на своего российского коллегу, как брат-близнец.
В фильме "Концерт" вы играли дирижера, теперь снимаетесь в Италии - на родине великой музыки. Играет ли музыка какую-то роль в картине?
Гуськов: Недавно я услышал фразу Мстислава Ростроповича: "Между жизнью и смертью нет ничего, кроме музыки". Так что уверен, что в фильме будет замечательная музыка, но я услышу ее уже на премьере. И, наверное, не случайно мать героя играет прославленная сопрано миланского "Ла Скала" Катя Риччарелли... А в целом все это для меня было совершенно необыкновенным приключением!

Автор: Валерий Кичин

Источник публикации Российская газета
Оставить комментарий