Мэтры погружения

0
29 июня 2014


36-й Московский фестиваль закончился победой японского фильма "Мой мужчина" режиссера Кадзуеси Кумакири. У многих это решение жюри под председательством Глеба Панфилова вызвало шок: история любви старика отца к приемной дочери отдает одновременно педофилией и инцестом. Разумеется, в фильме все сложнее и психологически занятней, но определенный вызов в таком вердикте несомненно есть. Тем более, что других достоинств в этом тягуче монотонном фильме не просматривается.Впрочем, жюри усмотрело в нем и лучшую мужскую роль, на полном безрыбье наградив актера Таданобу Асано. Приз за лучшую женскую роль получила украинская актриса-певица Наталка Половинка из фильма "Братья. Последняя исповедь". Победителем в конкурсе документального кино стал польский режиссер Ян П. Матушинский, в фильме "Глубокая любовь" рассказавший о 60-летнем любителе подводного плаванья, который перенес инсульт, оказался парализован, но сумел вернуться к любимому спорту.Наконец, "Серебряный святой Георгий" за режиссуру ушел фильму Валерии Гай Германики "Да и да". Получая приз, Германика ограничилась кратким: "Круто!". Спорить о результатах конкурса в этом году бессмысленно: жюри их слепило из того, что было. Конкурс изумлял неровностью, причем провалы казались упражнениями любителей, а вершины, по большому счету, не дотягивали до среднего уровня. На этом фоне оба российских фильма - "Да и да" и "Белый ягель" - казались монбланами мастерства. Германика обладает стихийным чувством кино - свойство редкое. Оно, увы, не подкреплено столь же развитым чувством жизни и вкуса, а также способностью осмысливать эту жизнь, но кинематографические качества ее фильма заслуживают признания. Кроме того, Панфилов не мог не почувствовать в героине фильма нечто родственное Тане Теткиной из своей дебютной картины "В огне брода нет" - та тоже создавала свои странные картины в некоем экстатическом порыве - правда, у Германики замененном приступом очередного запоя. Она тоже взыскала большой и верной любви и точно так же ее не дождалась. Однако "новое время - новые песни", и определенное родство душ и судеб, чисто субъективно, не могло не выделить для Панфилова эту картину из общего ряда. Поэтому, отсмотрев редкостно унылый нынче конкурс, я уверенно прогнозировал ей один из призов.Интересно наблюдать принципиальное расхождение в оценках фильмов профессиональным сообществом и публикой. Перед началом сеансов зрителям вручались бюллетени для голосования, и в результате подсчета голосов Приз зрительских симпатий получил другой российский фильм "Белый ягель" Владимира Тумаева. Как и "Да и да", это история неразделенной любви, но уже в заснеженных ненецких чумах; но, в отличие от картины Германики, эта снята в традиционном стиле этнографической драмы. Большинство коллег-критиков оценили ее как "советское кино" и отказывались говорить о ней всерьез. Но именно она победила в голосовании публики, получив заветный приз "Ключ к сердцам зрителей". Зато фаворит кинопрессы и один из победителей официального конкурса "Да и да" Германики занял одно из последних мест. Как и обладатель "золота" японский "Мой мужчина".Здесь есть повод вспомнить о том, для кого снимается кино - для утомленных кинематографом критиков или для публики. Ведь и Глеб Панфилов в интервью "РГ" перед началом фестиваля особо подчеркнул этот критерий своих будущих оценок: "Снять достойное, глубокое и серьезное артхаусное кино трудно, но еще труднее сделать его достойным всеобщего внимания". Разительный контраст между благими намерениями и результатами, между оценками профи и зрителей говорит о том, что этот идеал уходит все дальше за горизонт. Хотя в расхождении критериев - причина массового бегства зрителей из кинозалов.36-й фестиваль, по объявленным данным, посетили 75 тысяч зрителей. Их львиную долю составили журналисты бегавшие из зала в зал и смотревшие по 3-4 фильма в день, а также многочисленные киноклубники, также получившие аккредитацию. Очередей за платными билетами, какие выстраиваются к кассам в Берлине, Торонто или Карловых Варах, вновь, увы, не наблюдалось. Конкурс проседает все заметнее, и в какой-то степени это отражение общего состояния киноиндустрии, где искусство быстро уступает позиции цифровым аттракционам. Кроме того, одни отборщики ММКФ ссылаются на политический бойкот со стороны многих стран и кинокомпаний, другие заверяют, что отказов не было, и ММКФ получил все, что хотел. Не прибыли зарубежные гости и международная пресса - все это сказалось на качестве фестиваля и его церемоний. Но его побочные программы, как всегда, позволили москвичам увидеть многие из фильмов-лауреатов кинофорумов мира, ряд интересных ретроспектив и тематических подборок.Фестиваль был тревожен: не раз вспоминались новые законодательные инициативы - они могут привести к дальнейшему угасанию одного из крупнейших культурных событий страны. Например, отныне и фестивали не смогут показывать фильмы без разрешительного удостоверения. Но часто открытия в кино делались "с колес". Тот же "Белый ягель", фаворит зрителей, поступил в конкурс прямо с монтажного стола, пришлось срочно делать в каталог вклейку. Потеряв возможность оперативно отражать кинопроцесс, фестиваль утратит еще одно из своих фирменных преимуществ.Главное достоинство 67-го ММКФ - он дал много пищи для вполне судьбоносных размышлений. Киномарафон окончен - пошли будни. Будут они созидательными или разрушительными для кино и фестиваля - зависит от нашей способности думать и решать конструктивно и компетентно.

Валерий Кичин Российская газета
Оставить комментарий